Почему мы любим измены и убийства


Мы с ними одной крови
Лицом к одной и той же стене
БГ


Вчера ходили на очередной показ Metropolitan Opera Live in HD, специальное дневное представление из Нью Йорка, которое транслируется вживую на весь мир, а посмотреть в отличном качестве его можно в кинотеатре Берлина или, скажем, Москвы.




Решительно не понимаю, почему в кинозале мы были единственной парой без седых голов. Это не скучная развлекалка для пенсионеров, а настоящее шоу. Met собрал небесную команду исполнителей и режиссеров, перепоставил все оперы в современном стиле. Это сочные зрелища, в которых много танцев, эротики, изумительная игра каждого актера. На сцене разыгрываются нешуточные срасти, так что сидишь на краешке кресла, закусив палец. Ах, да, забыл добавить бессмертную музыку и ангельские голоса.
Collapse )

Как я проживаю критику

Хвалу и клевету приемли равнодушно...
Александр Пушкин

Многие творческие люди перестают творить перед страхом критики. И ладно бы критики друзей, а если к ней еще добавляются оскорбления незнакомых незнакомцев? Конечно, художника может обидеть каждый. Больно, страшно, не буду больше писать.



На днях представился случай в очередной раз пережить эту боль и поделиться с вами. После серии солнечных статей про Ниццу мой товарищ написал мне следующее:
Collapse )

Вечность и миг


Я взошел на гору и был с духом горы,
Теперь меня не остановить.
БГ

Завершаю многологию про путешествие в Ниццу. Впечатлений было очень много, а я обещал делиться всем, что происходит, по меньшей мере тем, о чем хочется писать.



Третий день поездок по Лазурке повел нас наверх от Ниццы, в горы, в самый большой каньон Европы, Grand Canyon du Verdon.

Скажу честно, я ждал именно этого дня. Море, пальмы, пляжи – все замечательно, но моя стихия – горы, хоть и вырос в Подмосковье. И когда позади осталось скоростное шоссе, а под колесами запищал горный серпантин, мое сердце тоже запищало от восторга.
Collapse )

Антибы. Пять чувств путешествия


Я встретился с Миком Джаггером в Juan Les Pin на пляжу
Он сидел на красивом матрасе и не видел, как я лежу,
А я лежал гордо, немногословен и прост...
БГ

На Лазурке много пищи, как духовной, так и… просто пищи. Это про нас. Прошагали мимо музея Шагала, и музей Пикассо тоже пока не в кассу. Мы идем есть!



У каждого путешествия есть три глубины:
1. о Париже можно прочитать гид,
2. на Париж можно посмотреть из окошка туристического автобуса,
3. в Париж можно выйти ножками.

Каждый выбирает свою глубину. Я, например, выбираю четвертую: в Париже с тобой должно что-нибудь случиться.
Collapse )

Монако. Чужим здесь не место


Неделю в Ницце мы разбавили поездками по Лазурке.





Хозяин квартиры airbnb, коренной ниццеанец (ниццевич?) заботлив до навязчивости, составляет нам план путешествия на день, прописывая, какой пирожок надо попробовать в какой пекарне, а вечером проверяет все ли пункты мы выполнили и какой из прописанных пирожков нам понравился больше.
Collapse )

Пять шагов до моря


Я езжу в путешествия не отдохнуть и не загореть, это побочные радости, они случаются сами собой. Мой запрос всегда один - узнать что-то новое о себе. В зеркале нового места, новых людей, увидеть лучше, кто я, и где мое место.




Так получается, что с первых минут на новом месте, я спрашиваю себя, хотел бы я здесь жить и что бы я делал тут. Так было и в Ницце.

В первый день я бродил по городу, пространно оглядывая грязноватые улочки, залепленные сетевыми магазинами, широкий променад, блистающий, увы, былой славой, разношерстную публику, в основном прибывшую сюда правдами и неправдами с противоположного берега Средиземного моря.
Collapse )

Счастливый день


Я не ищу счастья, я учусь собирать пыльцу наслаждения с цветочка каждого момента.





Прямо сейчас в 7 утра я полулежу в трусах на кровати в маленькой комнатушке airbnb на севере Ниццы. Комнату сквозь широко раскрытые двери балкона заливает свет солнца, только что вышедшего из-за горы, и запах тропической зелени, напоминающей сочинскую из детства. За стеной спят две девицы, с которыми мы делим это пространство. Похоже они в паре, так что Аюне не о чем будет волноваться, когда она присоединится к нам сегодня после обеда.
Collapse )

Женщинам сюда нельзя

Он случается раз в две недели, мой тайный ритуал. Подхожу к зеркалу, внимательно всматриваюсь и молча киваю: пора.



В назначенный себе час сажусь на велосипед и через десять минут брусчатого Берлина оказываюсь под вывеской "Салон Билал". Сейчас начнется мужское ремесло.

Стилист, парикмахер, фризойр (на местном), брадобрей. Да, точнее всего брадобрей, потому что именно волосы на лице, а не на голове мужчины, имеют какую-то особую силу и требуют особого отношения.
Collapse )

На мосту


Я вышел на Варварку без пяти одиннадцать и сразу увидел вывеску "Цветы". Прошел через свадебный салон, цветы бывают еще и по другому поводу, долго смотрел в букеты за стеклом и попросил четыре гвоздики. Девушка понимающе кивнула: “Сорок дней сегодня.” Она знает. Нас уже двое.



Второй раз иду на Немцов Мост с цветами, и снова поначалу чувствую себя нарушителем. Район Старой Площади, Варварка, переулки ГУМа кажутся сплошь черными от угрюмых госслужащих в черных куртках и черных кепках с искусственным мехом, от черных автомобилей в темных дворах, закрытых шлагбаумом. Здесь не расцветет яркой вывеской кафешка, здесь естественно смотрится лишь зияющая грязная яма бывшей гостиницы "Россия" и серый саркофаг Спасской башни.
Collapse )

Чистая печаль в мутном стакане ракы


Он приклеил полоску пластыря посередине стакана, ткнул в пластырь пальцем и сказал: “Вот моя рана, наливай досюда."


Мы носим невидимые раны на невидимой душе, но чувствуем их вполне реально. Мы лепим пластыри на раны, чтобы не знать, глушим, чтобы забыть. Мы заливаем рану водкой, лучшей анестезией для души, придуманной человеком. Боль стихает, но онемевшее сердце уже не сможет полюбить. Душевная рана лечится не водкой, а печалью.
Collapse )