ihavesage (ihavesage) wrote,
ihavesage
ihavesage

Category:

Потерянные души. Картинки из порностудии.


Вставай, трудись упорно, и будешь ты звезда
Поскольку лучше порно, чем никогда
Несчастный Случай

Ходили на фестиваль порнофильмов в Берлине. Сбываются детские мечты.

1


Мы попали на хедлайнер фестиваля - документальный фильм Kink - о том, как снимают БДСМ на главной студии Сан Франциско.

Аюна ужаснулась самой идее смотреть садо-мазо. Уговорил только, когда взяли с собой вполне пристойную пару - вчетвером порно смотреть не зазорно. Все равно, она с полфильма уткнулась в айфон. Не вынесло девичье сердце. А я начал позевывать: визуальный ряд неприятный, глубокий смысл неглубокий. Но мой упрямый ум все же искал, где у них кнопка. В чем сермяжная правда подвалов порностудий, насквозь пропитанных жидкостями, даже упоминать о которых здесь небезопасно.

Меня всегда интересовало, почему люди смотрят порно. Мой американский дед, когда не одобрял мои поступки, говорил: "У тебя слишком много свободного времени." Старый вояка, карьерист и балагур, считал праздность причиной человеческой глупости. Он был прав, мир его праху. Я заметил за собой, что желание залезть на порносайт мало связано с возбуждением. Если чувствую - "подступило" - решаем вопрос с женой к взаимному удовольствию. Если один - пускаю энергию на что-то стоящее: написать пост, выйти на пробежку, наколоть дрова. На худой конец, пардон за каламбур, есть правая или левая рука. Вариантов много. Но не порно. А вот, когда спускаешься в бездеятельную муть, приходит желание развлечь себя, и чем плотнее муть, тем порочнее развлечения. И напрасно я уговариваю себя, что научусь чему-то новому у мясистых актеров, что постигну эзотерические глубины в глубоких глотках. Там так же пусто и липко как в праздном безвременьи.

При этом, у меня ни разу не возникло желания смотреть садо-мазо. Называйте меня старомодным, но секс, все же, это когда "пестик в тычинку", а порно - тоже секс, но за вычетом души, ума и эстетики, просто мясо.

То есть садо-мазо относится для меня не к сексу и не к порно. Не к играм тел, а к играм ума. Причем, ума детского, запертого в теле взрослом.

Голая девушка растянута на цепях вниз головой. Сверху на кране на нее спускают 30-килограммовый ящик с резиновым наконечником, обильно смазанным гелем. Режиссер с лицом шестилетнего ребенка нажимает на кнопку, и наконечник начинает приближаться к жертве "с неумолимостью сверхзвуковой дрели" © БГ. Девушка истошно кричит. Режиссер впился глазами в происходящее, держа руку на кнопке. Он зловеще лыбится. Не удачному дублю, а чему-то потаенному, своему.

В перерыве он говорит, что не снимет ни кадра против воли модели. Если модель не кайфует, камера останавливается. Почему я не верю этому бэйбифэйсу? Его модель, похоже, гордится дублем: "Это хорошая тренировка. Теперь, если меня похитят, свяжут и начнут пытать, я буду готова."

Крепкий мулат впервые на студии. Говорит, готов на все. Женщина-режиссер объясняет его партнерше, как она должна доминировать, показывает, как правильно шлепать ладонью по достоинству: - Так больно? - Нет. - А так больно? - Да! - мулат отпрыгивает назад, хватаясь за торчащего главного героя драмы. Впрочем, в этой драме роли ему не предусмотрено. Парня перетягивают веревками, вставляют в рот красный шарик, нагибают в позу бурлака на Волге с картины Репина. Партнерша пристраивается сзади. Что происходит дальше, видно по его взмокшему лбу и вздутых жилах на шее. Женщины за его спиной обсуждают детали техники: - А вот это можно с тобой сделать? - Делайте, только быстрее, - цедит в шарик мулат.

В перерыве его спрашивают, по доброй ли воле он это делает. "Да, обычный день в офисе", - застенчиво шутит он, и шерудит рукой под халатом. Героя надо всегда держать в готовности, уставать он не должен, скоро на сцену, такова актерская доля.

Щербатый режиссер гей-БДСМ рассказывает, как пришел в профессию: "Я вырос на ферме, где ничего не происходило. От нечего делать я забирался в темные чуланы и фантазировал, как привязываю своих друзей к деревянным балкам амбара. В восемь лет родители отдали меня в католический интернат для мальчиков, где сестры-монашки стегали нас линейками и ставили в углы. Когда я вырос, мне захотелось выразить свои обиды в кино." Он снимает сцену, в которой медведеподобный мужик макает головой в ванную молодого парнишку, пока тот не начинает захлебываться. В перерыве мальчишка говорит, что его исключили из колледжа, и ему нужно быстро подзаработать, чтобы осуществить свою мечту - стать учителем йоги. Воистину, неисповедимы садо-мазо судьбы.

Я ждал, что они поведают, зачем они это делают. Так, по-простому, раскроют душу. "Зачем мы это делаем?" - спрашивает меня в ответ режиссер, - "Зачем люди вообще что-то делают? Затем, что нравится!" Большеглазая, большевсякая модель с хроническими синяками на измученных сосках говорит, что чувствует освобождение через боль и тяготы "рабочих будней". Вот, нашелся терапевтический эффект хоть для одной.

К концу фильма документалистам все же удалось прижать на крыше уже не молодую модель, ветерана, так сказать, и вызвать ее на откровенность. Может, потому что терять ей было нечего. Дальше только с крыши вниз. "Мы все здесь потерянные души", - говорит она, нервно затягиваясь дымом сигареты. "Что в вашей работе самое сложное?" Модель стряхивает пепел в пропасть и опускает глаза: "Самое сложное для меня - объяснить когда-нибудь своим детям, где работает их мама. У меня их трое: 13, 11 и 9."

Tags: kink, культура, новый мир, порно, секс
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments